Темы выступлений

По итогам конференции будет издан сборник докладов.

Бойко Борис Евгеньевич – главный редактор журнала «Колесо времени», Председатель правления Фонда поддержки социальных инициатив «Развитие»

Небо внутри: единство микро-  и макрокосма в индо-тибетской традиции тантры

Глухова Елена Валерьевна – к.фил.н., с.н.с. ИМЛИ РАН.

Сто малоизученных страниц из научного архива Иоганна Кеплера История научного архива Иоганна Кеплера полна драматических коллизий: спасенные Екатериной Великой 22 тома рукописного наследия Кеплера пережили многие трагические эпизоды русской, а, затем,  и советской истории.  В докладе будут рассмотрены: история архива, история его публикации, а также уделено особое внимание 10о страницам из XIX тома рукописей Кеплера.

Дульнева Наталия – к.ф.н, переводчик с окситанского,  комментатор альбигойских текстов.

Образ небес обетованных – специфический взгляд катаризма на  традиционную христианскую проблематику. В предлагаемой работе анализируется разработка образа «небес» в теологии и образном мышлении катаризма на основании сохранившихся аутентичных трактатов и Ритуалов этой средневековой «еретической» Церкви, а также отрывков проповедей ее клира, дошедших до нас из протоколов Инквизиции XIII-XIV вв. Метафорическая образность «небес обетованных» как понятия о рае и вечной жизни характерна для христианской парадигмы в целом. Земля и небеса, вначале сотворенные Богом, представляют собою единство, нарушенное вследствие грехопадения человека и злоупотребления им свободой воли. Потому для христианской теологии и литературы очень значимым является феномен тоски по «небесам» и «жизни вечной». Образ «небес» как рая является одним из аспектов традиционных представлений о рае, как и образы «сада» и «града небесного». Как правило, эти образы совершенного мира соединены с представлениями о местах блаженства праведников и верующих в Христа, и наоборот, об антиподе рая – «муке вечной» грешников и отвергнувших Бога. Будучи спиритуалистическим течением средневекового христианства, катары или общины религиозных диссидентов, известные как Церковь Добрых христиан, не только противоречили традиционным понятиям христианства, но дополняли и иначе перетолковывали их. Потому, исходя из своего специфического двойного истолкования библейских текстов – согласно букве и согласно Духу, они предпочитали интерпретировать образ небес, часто встречающийся в Писании «согласно Духу», то есть символически и аллегорически. Прежде всего, небеса физические, «небо над нами» для катаризма не имели и не могли иметь  никакого отношения к «небесам обетованным», разве что могли служить напоминанием о существовании таких небес. «Небеса обетованные» согласно теологии катаров, являлись парафразой невидимого мира, invisibilia, Божьего творения. Они считали, что видимые  небеса и вообще видимый мир, «этот мир», не являются творением Божьим. «Этот мир» был создан без участия Бога, и даже вследствие существования другого начала. Грехопадение человека, таким образом, связано с падением его с «небес» в видимый мир из-за обмана или даже насилия.  В катаризме, как и в ортодоксальном христианстве, «небеса обетованные» означают вечную жизнь для праведников. Однако, исходя из философско-теологического смысла этой «вечности», Бог не творит ничего a nihilo, а из Своей божественной субстанции. Потому дело Его  – созданный Им мир и существа  – incorruptibilia, они не могут ни погибнуть, ни испортиться, ни уничтожиться. Это означает, что все падшие в этот мир существа, имеющие в себе духовную божественную субстанцию, предназначены к спасению, и рано или поздно вернутся в Небесную родину. И, наконец, «небеса обетованные» означали для катаров истинный мир, мир имеющий истинное бытие, который «чрез Него начал быть», «Царствие», «город золотой», «новую землю и новое небо», «землю живущих», «небесный Иерусалим», где находится «трон Божий». Добрые христиане проповедовали верующим о радости Царствия, где души будут резвиться «как ягнята на лугу», в единении любви более полной, чем между братьями по крови, но также в ясном покое вечной цветущей природы.

Емельянов Владимир Владимирович – профессор,  преподаватель Философского (с 1997) и Восточного (с 2008) факультетов СПбГУ

«Культ неба и обозначение созвездий в шумерских текст

Зеленский Валерий Всеволодович - проф.:

«Карл Юнг и поэзия психического»

«Касталия» - независимый проект, группа переводчиков.                              Руководитель Телемский Олег :«Касталия – вчера сегодня
> завтра – цели и задачи проекта»

Участники проекта:

Столярова Надежда, Сурина Лидия: «Через столетие тот сон приснится вновь…» юнгианское и астрологическое истолкование «Снов » В.Я. Брюсова»

Сурина Лидия - к.х.н. «Трансформация сознания Человека Новой Эпохи»

Филоненко Илья: «Вклад французских исследователей в ранний Эранос (1930-е — начало 40-ых гг.)».

«Проникновение астрологии в исламскую религиозную мысль»

Колодеж Ольга Юрьевна - юнгианский аналитик, Павликова Наталья Александровна - юнгианский аналитик:

«Отражение небес» в психике человека: подход аналитической психологии Юнга. Аналитическая психология Юнга позволяет увидеть связь «космического порядка» с психикой, используя не только категории причинности (физическое влияние планет), но и теорию синхронии. Теория синхронии эмпирически базируется на наблюдениях за событиями, связанными не причинно, но по смыслу. С другой стороны, теоретически связь «космического порядка» с психикой базируется на понятиях коллективного бессознательного и архетипов.

Именно так аналитическая психология подходит к вопросу «образа небес» в психике человека. Астрологическая натальная карта, используемая в астроаналитической работе, является для аналитического психолога инструментом, позволяющим целостно, образно и метафорически рассматривать психические силы, действующие на внутренней сцене личности.

Юнг описывал психику как целостную центростремительную систему, имеющую внутри себя несколько уровней: сознательный, уровень личного бессознательного и уровень коллективного бессознательного. Кроме того, в психике имеются архетипы – энергии коллективного бессознательного, приобретающие у каждого человека конкретные очертания при взаимодействии с личным бессознательным. Архетипы, как часть коллективного бессознательного, находят отражение в мифологии (в частности в мифах о богах). «Планеты – это боги». Рассматривая ситуацию под таким углом зрения, мы видим Богов на небе (планеты названы именами Богов), видим Богов в натальной астрологической карте (планеты) и видим богов в психике человека (архетипы). Именно это позволяет нам использовать астрологическую карту как целостную «проекцию» архетипов психики, их связей и взаимодействий.

Психика по Юнгу обладает Самостью, которая полностью находится за пределами личной сферы. Но самость является центром, объединяющим части. Самость стремится к проявлению в человеке, и этот процесс назван Юнгом индивидуацией. Мы можем рассматривать астрологическую натальную карту как метафору Самости стремящейся к проявлению через взаимодействие архетипов (понимаемых как знаки зодиака и планеты – в астрологии, и как психические энергии, символизируемые в мифологии – в аналитической психологии).

Куртик Геннадий Евсеевич, к. ф-м.н., Иститут истории естествознания и техники им. С.И. Вавилова РАН

Созвездия Древней Месопотамии: религиозный и астрономический аспекты

1. Основные письменные источники по истории созвездий (II–I тыс. до н.э.): лексические тексты, «Астролябии», астрологическая серия «Энума Ану Энлиль», трактат «Муль Апин».

2. Религиозные представления, связанные с созвездиями: a) ранние свидетельства первой половины II тыс. до н.э.; b) подразделение звездного неба на зоны Энлиля, Ану и Эйя; c) восприятие созвездий как божеств, молитвенные обращения к божествам-созвездиям; d) отношения «созвездие – божество – миф», ранние и поздние свидетельства;

3. Созвездия как астрономическая система. Число созвездий, отождествления, распределение на небесной сфере, фигуры созвездий, наблюдения гелиакических восходов, выделение планет, выделение зодиака.

Никитин Валентин Арсентьевич – церковный историк, культуролог, богослов, поэт и литературовед, член Союза писателей России.

Софиология -  «лествица Иаковля» в умозрении священника Павла Флоренского – свою жизненную задачу  священник Павел Флоренский (1882-1937) понимал как поиск и созидание  путей к конкретной метафизике – «будущему цельному мировоззрению, синтезирующему веру и разум, интуицию и дискурсию, богословие и философию, искусство и науку».  В сочинении «Столп и утверждение Истины. Опыт православной теодицеи» (М., 1914) разрабатывал учение о Софии, Премудрости Божьей, как основе осмысленности и целостности мироздания. В исследованиях 20-х гг. совершал открытия в области лингвистики и семиотики, искусствознания, математики, материаловедения, экспериментальной и теоретической физики, которые предвосхитили «русский космизм» и научно-техническую революцию. «В отце Павле встретились и по-своему соединились культурность и церковность, Афины и Иерусалим», – писал  его друг и последователь протоиерей Сергий Булгаков. Софиологические умозрения о. Павла Флоренского и сегодня вызывают глубокий интерес у пытливых совопросников века сего, взыскующих Бога, Град Божий и Небесный Иерусалим, сходящий на землю. Для России они   актуальны, прежде всего, объективным подходом к проблеме расцерковления  и воцерковления культуры, глубоким анализом причин и последствий кризиса религии вообще и христианства в частности; наконец, своей конкретной метафизикой, предвосхитившей искания и обретения «русского космизма» на рубеже XX-XXI веков.

Петрова Майя Станиславовна, д.и.н., в.н.с. Института всеобщей истории РАН; проф. каф. Всеобщей истории Российского государственного гуманитарного университета.

Астрономия в эпоху Каролингов (письмо Дунгала [811 г.] Карлу Великому) - в докладе рассматривается письмо Дунгала (811 г.) Карлу Великому, в котором тот отвечает на вопрос императора о природе солнечных затмений. Анализируется текст письма, основанного на античных источниках — Естественной истории Плиния Старшего (I в.) и Комментария на ‘Сон Сципиона’ Макробия (V в.). Выявляются явная и скрытая цели изложения при составлении ответа Карлу. Обсуждается порядок планетных сфер по Дунгалу. Отмечается знание Дунгалом основ и в античной натурфилософии. Показано, как Дунгал (в зависимости от своего источника — Плиния и Макробия) перестраивает и перерабатывает исходные тексты. Сделан вывод, что хотя Дунгал смог найти подходящий текст, позволивший ему сделать ответ Карлу связным и убедительным, он, по существу, не смог ответить на вопрос императора о причине затмений.

Протопопова Ирина Александровна - кандидат культурологии:

Небо как образ вечности (метафоры неба у Платона)

Пчелов Евгений Владимирович – канд. ист. наук:

«Селенография XVII в.: как «осваивалась» и «заселялась» Луна».

Рашковский Евгений Борисович – д.и.н.:

«Небо и Земля в поэзии Эмили Дикинсон».

Ровнер Аркадий Борисович - к.ф.н., доцент кафедры истории и теории культуры факультета музеологии РГГУ, философ, культуролог, писатель, издатель.

Большой Космос – интегральный образ

Презентация представляет собой комментарий к следующим стихам:

Демоны мрака, томить перестаньте поэта,
злые асуры, свои отведите удары,
чистые духи, придите скорее на помощь,
боги благие, к нему обратитесь сердцами,
Бог-вседержитель, святись и цари в поднебесье,
Сунья Святая, к тебе возвращенье желанно.  (А. Ровнер. Новый Гильгамеш или Наука бессмертия)

Главная проблема современных идей в космологии, социологии и психологии – это отсутствие попыток создания целостных мировоззрений, основанных на принципе коррелированости этих концепций. За редким исключением мы имеем дело с чисто теоретическими рассуждениями, не предполагающими никаких практических импликаций. Однако мы знаем, что древние авторы не разделяли космогонические идеи, теоретическую и прикладную психологию и социальную философию. Идеи Будды, Иисуса, Платона и Парацельса  в той же мере касались касались  космологии, как и устроения общества, целительства и стратегии духовных практик.

Предлагается рассмотрение традиционной концепции иерархического Мироздания, основанной на неразрывной связи между микро- и макрокосмосом и на идее восстановления традиционной иерархии как в психологическом микрокосме, так и в космическом макрокосме. Предложенная концепция является синтезом практически всех типов метафизик от атомистических концепций Будды и Демокрита  – через монизм Адвайты-Веданты и плюраллизм типа греческой и нордической мифологий − до пирамиды потребностей Маслоу, теории конгруэнтоности Карла Роджерса и космологических идей Е. Блаватской и Г. Гурджиева. Особое место в предложенной концепции занимает традиционная идея Миротворящего Хаоса, Первосубстанции, Бескончности (эйн-соф) и буддийской Суньи.

Рычков Александр Леонидович – с.н.с. Центра религиозной литературы Всероссийской государственной библиотеки иностранной литературы

Внутренние небеса розенкрейцерства как элемент предыстории русской софиологии: пересматривая научный миф о Георге Форстере.

Светлов Роман Викторович – д.ф.н

«Небеса и платоновское требование «уподобления богам»

Халтурин Юрий Леонидович – к.ф.н., доцент каф. философии, биомед. этики и гуманитарных наук Московского гос. медико-стоматологического ун-та.

Небеса внутри: смысл масонского посвящения (на материале архивов московских розенкрейцеров конца XVIII – начала XIX веков). Изучая тексты московских розенкрейцеров XVIII – XIX веков, можно обнаружить, что масонское посвящение понималось ими как восстановление в человеке нарушенной иерархии небес, или миров.

Три мира – ангельский, звездный и стихийный  – составляют структуру как макрокосма, так и микрокосма. Человек, пав с Небес на Землю, из мира ангельского в мир стихийный,  разрушил иерархию и взаимосвязь миров. Три степени масонского посвящения призваны восстановить в микрокосме и макрокосме эту иерархию, связать звенья разорванной цепи.

Воссоединение Неба и Земли происходит в масонской ложе, которая, будучи отражением Храма Соломона, является также и отражением Небес, которые, в свою очередь, являются символом падшей духовной Иерархии.

Проходя через масонские ритуалы, медитируя над масонскими символами, просто находясь в ложе как в сакральном пространстве, вольный каменщик получал возможность совершить двойное путешествие – от земного мира к небесному и от наружного плотского человека к внутреннему духовному. Восстанавливая гармонию неба и земли внутри себя, вольные каменщики, с их точки зрения, устанавливали и гармонию во внешнем мире, восстанавливая в себе  образ Христов, они пытались приблизить и  Царство Божие на Земле.

Шеркова Татьяна Алексеевна - к.и.н, с.н.с. центра египтологии РАН

Картина мира в Древнем Египте: историко-психологический аспект Космогонические мифы в древних культурах являлись максимальной духовной ценностью, ибо они объясняли мироустройство, место в нем человека познающего, отражались во всех сферах жизни общества.

Религиозно-мифологической сознание, изъясняющееся на образно символическом языке, описывало мироздание, используя архетип числа, пространства и времени. Число, передавая высшую духовную ценность, являлось феноменом сакральным, связующим звеном между царством материи и психики.

В древнеегипетской Гелиопольской космогонии почиталась Великая Эннеада. Бог-творец Атум воссуществовал из первобытного океана Нуна в некий час Х, подобно космическому взрыву или рождению сознания из бессознательного. Единый, еще сокрытый мир последовательно развернулся и структурировался в виде четырех космических первоэлементов, – воздуха, влаги, неба и земли, олицетворенных гендерными парами божеств-близнецов, родивших гендерную четверицу богов-близнецов мира культурного, первых правителей Египта. Конфликт между мужскими олицетворениями претендентов на трон завершился смертью Осириса от руки его брата Сета. Так в концепцию мироздания входит зло, смерть, угрожающая самим его устоям. Восстановление космического равновесия, баланса, справедливости возложено на бога познания Тота – советника солярного бога-творца, снимающего конфликты космического масштаба, защитника рожденного чудесным образом от Исиды и умершего Осириса Хора, в борьбе с Сетом, погибшего, утратив целое, здоровое Око Хора. Но Тот восстановил принадлежащий архетипической идее духа жизни, духовной субстанции, объединяющей отца и сына, бессознательного символа, связанного с драмой спасения».  Говоря шире – это идея посмертного возрождения, присущая целостной картине мира древнего Египта.

Шишков Александр Михайлович – историк средневековой западноевропейской философии и культуры. Кандидат философских наук.

«Средневековые космогонии: современный взгляд»

1. Историки науки расстались с мыслью о том, что она развивается исключительно линейно. Нарастает тенденция возрождения современной наукой, казалось бы, отвергнутых теорий, а также обнаружение совпадений между новейшими достижениями науки и рядом представлений античной и средневековой натурфилософии.

Поскольку наука никогда не развивается автономно, на выбор способа научного описания действительности влияют разделяемые мыслителями метафизические и теологические концепции. Потому интерес представляют и инспирированные теолого-философскими теориями космогонические концепции Средневековья.

2. Первая из них принадлежит Теодорику Шартрскому (сер. XII в.), однако бóльшую значимость имеет космогоническая теория Роберта Гроссетеста («О свете, или О начале форм», ок. 1225-28), уникальной спецификой всего научно-философского творчества которого является нерасторжимое единство эмпирической методологии, учения о физико-математической природе универсума и представления о космогоническом процессе в рамках общей концепции метафизики света.

Реконструкция того, каким образом математические отношения были внедрены в универсум, и является содержанием трактата Гроссетеста «О свете», представляющего собою гармоничный синтез теологии, философии и науки XIII в., целостную картину мироздания, имеющую целью, помимо обоснования «математической физики», объединение христианской креационистской доктрины (Быт. 1, 1-31) с неоплатоническим учением об эманации.

В ходе научной революции XVII в. аристотелевское конкретное пространство конечной Вселенной (т.е. то, с которым имеет дело современная наука) было заменено на воображаемое пустое и бесконечное пространство евклидовой геометрии, которое стало рассматриваться как реальное. Гроссетест же не стремится отказываться от качественно дифференцированного и конечного по структуре космоса, но снабжает его внутренним математическим каркасом, согласуя аристотелевскую и платоновскую натурфилософии в контексте истолкования библейского рассказа о сотворении света и мира.

3. Является ли метафизика света Гроссетеста концепцией, не имеющей отношения к реальности? Или же его труды не потеряли актуальность и сейчас? Последнее предположение имеет право на существование, ибо в рамках средневековой метафизики света были сформулированы чрезвычайно значимые провидческие положения, касающиеся базового положения света в системе физического бытия.

Шустова Юлия Эдуардовна - к.и.н.:

«Образ небес и светил в геральдических композициях эпохи барокко»